Солнце меж тем поднималось. Его лучи коснулись стоящих камней, и верхушек деревьев, залили горизонт и заиграли по окрестным холмам. Быть невольным шпионом – это хорошо, но при свете дня оказаться обнаруженным тоже гораздо проще. Пришлось по пластунски передислоцироваться на безопасное расстояние, к устью высохшей реки.

Я решил обогнуть Портал и попытаться обнаружить более удачное место для наблюдения с другой стороны. Под ногами вновь захрустели ветки когда я двинулся вверх по давно канувшему в небытие течению. Затем я свернул в сторону, взобравшись по осыпающемуся берегу и двинулся прямо через лес. Бурелом был знатным, и мне постоянно приходилось петлять и отклоняться от первоначально выбранного маршрута. Если бы какое-то летающее существо взглянуло на мой путь сверху, то решило бы, что его проделал человек навеселе и конечно же попыталось спикировать и схватить простую добычу. Мало того, что язык у пьяного монаха заплетается и он не может правильно выговорить ни одну молитву, более того эффект от все-таки произнесенных слов сильно отличается от первоначально задуманного. Но меня сейчас скрывали густые кроны деревьев, к тому же, что самое важное, я был совершенно трезв так что у покорителя небес было бы немного шансов заснуть на ветке с очень довольной клыкастой пастью (ясное дело, что свежесъеденное мясо тоже изрядно отдавало бы хмельком).

Сквозь очередные заросли я заметил просеку и осторожно выглянул, осматриваясь. Впрочем, я здесь был на совершенно законных основаниях: я же на самом деле не лазутчик или перебежчик. Я на территории, подконтрольной Церкви, разве что подобрался слишком уж близко к запретному рубежу, куда без специального разрешения какого-то бродягу (вот до чего докатился!) не пустят. Удивительно, но передо мной была деревенька. Я и не мог подумать, что кто-то мог поселиться так близко к Порталу, хотя понять их вполне можно. Вдруг у кареты какого-то вельможи откажет ось, он заедет к добродушным местным жителям и оставит здесь за ночь совокупный годовой доход всех жителей. Да и отселять крестьян никто не станет – в самом деле, а кто будет ремонтировать кареты царственных особ? Те еще могут бумагу гневную Владыке написать, если просидят в чистом поле лишний часок-другой.

Далее…

Метки: